Любопытная лисица (Vulpes vulpes schrenckii). Туристический маршрут "Кальдера вулкана Головнина", территория заповедника "Курильский". 27.07.2026. Автор фото: Елена Шыманьска.
Лисица – дикий зверь, встреча с которым наиболее вероятна на Курилах как для гостей островов, так и для местных жителей. Но что мы знаем о курильских лисах? И чем оборачивается близкое знакомство для человека и для самого зверя?
Начало сентября на Южных Курилах — время больших перемен в мире дикой природы. На Кунашире и островах Малой Курильской гряды (МКГ) заметно подросли лисята. Период беззаботных игр у родительских нор подошел к концу, сейчас молодые лисы активно расселяются. Они осваивают побережье Охотского моря и Тихого океана, учатся самостоятельно охотиться в бамбучниках и ищут свои собственные охотничьи участки.
В заповеднике «Курильский» лисицы круглогодично обитают как на суровом северном Тятинском участке, так и на более мягком южном Алехинском. Но настоящее «лисье государство» — заказник «Малые Курилы», и особенно, остров Шикотан. Здесь отсутствует бурый медведь, и лисица поднялась на вершину экологической пирамиды, став самым крупным наземным хищником Шикотана, демонстрируя высокую плотность популяции.
Гости островов часто удивляются: южно-курильские лисицы визуально сильно отличаются от привычных обитателей европейской части России. И это не оптический обман. Наша коренная южно-курильская лисица относится к подвиду — сахалинской (эзосской) рыжей лисицы (Vulpes vulpes schrenckii).
С точки зрения анатомии, у этих островных обитателей заметно вытянутые, узкие черепа с крупными зубами — идеальный инструмент, отточенный эволюцией. При этом природа наградила их весьма своеобразным, блеклым, палево-рыжим окрасом. Белая кисточка на хвосте у них выражена слабо, зато угольно-черные «носочки» на лапах кажутся невероятно высокими и контрастными на фоне бледного туловища. Также южные лисицы изначально отличались более крупными размерами тела.
Откуда взялся такой контрастный наряд, почему наши лисы не похожи на камчатских огнёвок и какой след в их генетике оставил исторический «японский период»? Давайте заглянем в историю этих шустрых островитян.
С точки зрения анатомии, у этих островных обитателей заметно вытянутые, узкие черепа с крупными зубами — идеальный инструмент, отточенный эволюцией. При этом природа наградила их весьма своеобразным, блеклым, палево-рыжим окрасом. Белая кисточка на хвосте у них выражена слабо, зато угольно-черные «носочки» на лапах кажутся невероятно высокими и контрастными на фоне бледного туловища. Также южные лисицы изначально отличались более крупными размерами тела.
Откуда взялся такой контрастный наряд, почему наши лисы не похожи на камчатских огнёвок и какой след в их генетике оставил исторический «японский период»? Давайте заглянем в историю этих шустрых островитян.
Юг и Север
Курильские острова растянулись от Камчатки до Японского архипелага. Лисицы на Северные и на Южные Курилы пришли разными путями.
В периоды оледенения Сахалин, Кунашир, Малая Курильская гряда и Хоккайдо соединялись между собой и материком сухопутными перешейками. Лисицы могли свободно мигрировать от Приамурья до Хоккайдо (Япония) и сформировали здесь подвид Vulpes vulpes schrenckii. Сейчас этот подвид обитает на Южных Курилах, о. Сахалин и о. Хоккайдо.
На Северные Курилы лисы проникали с Камчатки по льду, и в настоящее время здесь обитает камчатский подвид Vulpes vulpes splendidissima.
Глубоководный пролив Буссоль в центральной части Большой Курильской гряды никогда не замерзал и не пересыхал. Он стал непреодолимой преградой, поэтому северные и южные популяции лисиц развивались изолированно друг от друга на протяжении тысячелетий.
Если изначально заселение архипелага хищниками происходило самостоятельно, то впоследствии в естественный ход «лисьей истории» вмешался антропогенный фактор.
Курильские острова растянулись от Камчатки до Японского архипелага. Лисицы на Северные и на Южные Курилы пришли разными путями.
В периоды оледенения Сахалин, Кунашир, Малая Курильская гряда и Хоккайдо соединялись между собой и материком сухопутными перешейками. Лисицы могли свободно мигрировать от Приамурья до Хоккайдо (Япония) и сформировали здесь подвид Vulpes vulpes schrenckii. Сейчас этот подвид обитает на Южных Курилах, о. Сахалин и о. Хоккайдо.
На Северные Курилы лисы проникали с Камчатки по льду, и в настоящее время здесь обитает камчатский подвид Vulpes vulpes splendidissima.
Глубоководный пролив Буссоль в центральной части Большой Курильской гряды никогда не замерзал и не пересыхал. Он стал непреодолимой преградой, поэтому северные и южные популяции лисиц развивались изолированно друг от друга на протяжении тысячелетий.
Если изначально заселение архипелага хищниками происходило самостоятельно, то впоследствии в естественный ход «лисьей истории» вмешался антропогенный фактор.
Японский период (1875–1945) и эксперимент «Острова-вольеры»
В период 1875–1945 гг. японские промышленники перевели добычу пушнины на Курилах на рельсы масштабного государственного эксперимента — полувольного звероводства. Японцы использовали географическую изоляцию малых островов. Например, на острове Анучина (МКГ) коренная лисица была уничтожена, и сюда для разведения завезли специально выведенных американских чёрно-серебристых лисиц (чернобурок). Эксперимент затронул и Шикотан — крупнейший остров Малой Курильской гряды. Здесь японцы развернули полноценные полувольные хозяйства. После 1946 года, когда японское население покинуло острова в результате репатриации, полувольные лисьи хозяйства остались без присмотра.
Начался процесс стремительного одичания. На маленьких островках, вроде Анучина, чернобуркам стало тесно (кормовые ресурсы птичьих гнездовий и территориального размещения быстро иссякли).
В суровые зимы, когда проливы между островами затягивало льдом, американские чернобурки мигрировали с мелких островов на крупные — Кунашир и Итуруп.
Там они встретились с уцелевшей коренной южно-курильской рыжей лисицей (подвидом schrencki). Были сообщения охотников о том, что в 60-е годы на о. Шикотан встречались крестовки (рыжие лисы с черной спиной), но закрепиться этому гену не удалось. Как минимум потому, что такой мех ценился больше всего.
В период 1875–1945 гг. японские промышленники перевели добычу пушнины на Курилах на рельсы масштабного государственного эксперимента — полувольного звероводства. Японцы использовали географическую изоляцию малых островов. Например, на острове Анучина (МКГ) коренная лисица была уничтожена, и сюда для разведения завезли специально выведенных американских чёрно-серебристых лисиц (чернобурок). Эксперимент затронул и Шикотан — крупнейший остров Малой Курильской гряды. Здесь японцы развернули полноценные полувольные хозяйства. После 1946 года, когда японское население покинуло острова в результате репатриации, полувольные лисьи хозяйства остались без присмотра.
Начался процесс стремительного одичания. На маленьких островках, вроде Анучина, чернобуркам стало тесно (кормовые ресурсы птичьих гнездовий и территориального размещения быстро иссякли).
В суровые зимы, когда проливы между островами затягивало льдом, американские чернобурки мигрировали с мелких островов на крупные — Кунашир и Итуруп.
Там они встретились с уцелевшей коренной южно-курильской рыжей лисицей (подвидом schrencki). Были сообщения охотников о том, что в 60-е годы на о. Шикотан встречались крестовки (рыжие лисы с черной спиной), но закрепиться этому гену не удалось. Как минимум потому, что такой мех ценился больше всего.
Северные Курилы
Как мы говорили ранее, сюда лисицы проникали с Камчатки. Эта популяция сформировалась на базе камчатского подвидa (Vulpes vulpes kamtschadensis): лисицы отличались меньшими размерами, но невероятно пушистым ярко-огненным плотным мехом, спасающим от субарктических ветров.
За тысячелетия самостоятельного развития в жестких островных условиях она приобрела статус отдельного эндемичного подвида — (Vulpes vulpes splendidissima).
В XIX веке во время Российско-американской компании начался массовый отстрел животных. В северной популяции наблюдался высокий процент лисиц с темным окрасом, это естественная мутация дикой камчатской лисы, и их мех высоко ценился. Тёмные морфы там устойчиво фиксируются в популяции вплоть до сегодняшнего дня.
Как мы говорили ранее, сюда лисицы проникали с Камчатки. Эта популяция сформировалась на базе камчатского подвидa (Vulpes vulpes kamtschadensis): лисицы отличались меньшими размерами, но невероятно пушистым ярко-огненным плотным мехом, спасающим от субарктических ветров.
За тысячелетия самостоятельного развития в жестких островных условиях она приобрела статус отдельного эндемичного подвида — (Vulpes vulpes splendidissima).
В XIX веке во время Российско-американской компании начался массовый отстрел животных. В северной популяции наблюдался высокий процент лисиц с темным окрасом, это естественная мутация дикой камчатской лисы, и их мех высоко ценился. Тёмные морфы там устойчиво фиксируются в популяции вплоть до сегодняшнего дня.
Цена «бесплатного» обеда
Но оставим суровый Север и вернемся на заповедные территории Кунашира и Шикотана. Наши южно-курильские лисицы сегодня оказались в эпицентре туристического внимания.
В природе лисицы обладают удивительной способностью адаптироваться к любым изменениям среды. В каждом выводке есть как осторожные щенки («консерваторы»), сохраняющие популяцию в стабильных условиях, так и смелые «исследователи» («новаторы»), которые первыми осваивают новые незнакомые ресурсы. Именно это врожденное бесстрашие играет со зверями злую шутку, когда они сталкиваются с цивилизацией. Человеком на природе движет эмоциональное желание покормить симпатичное животное, а лиса-«новатор» мгновенно понимает, что туристы — самый легкий способ добыть пропитание.
Но оставим суровый Север и вернемся на заповедные территории Кунашира и Шикотана. Наши южно-курильские лисицы сегодня оказались в эпицентре туристического внимания.
В природе лисицы обладают удивительной способностью адаптироваться к любым изменениям среды. В каждом выводке есть как осторожные щенки («консерваторы»), сохраняющие популяцию в стабильных условиях, так и смелые «исследователи» («новаторы»), которые первыми осваивают новые незнакомые ресурсы. Именно это врожденное бесстрашие играет со зверями злую шутку, когда они сталкиваются с цивилизацией. Человеком на природе движет эмоциональное желание покормить симпатичное животное, а лиса-«новатор» мгновенно понимает, что туристы — самый легкий способ добыть пропитание.
Когда люди регулярно подкармливают лисиц на стоянках и маршрутах, у животных полностью ломается естественное пищевое поведение.
«Мало кто отдает себе отчет, вернувшись через день в город, каким образом он оказал влияние на жизнь накормленного им зверя, и какие природные процессы он при этом затронул. Туристов сотни и тысячи... Каждый из них накормил сотню, тысячу…раз диких лисиц, формируя у них приоритет этого типа пищедобывательного поведения. Зверь и впредь будет искать пищу у человека, становясь всё менее зависимым от природных процессов. То есть приоритет в размножении будут получать те лисы, которые легко идут навстречу человеку, в надежде получить подачку, — отмечает Анна Ячменникова,кандидат биологических наук, старший научный сотрудник ИПЭЭ РАН им. А.Н. Северцова (лаборатория поведения и поведенческой экологии млекопитающих).
Вместо того чтобы охотиться на грызунов и регулировать экосистему, звери переключаются на профессиональное попрошайничество и передают этот деструктивный навык своим детям. Подрастающие лисята больше не учатся выслеживать мышей, они учатся эффективно выпрашивать еду у человека.
«Мало кто отдает себе отчет, вернувшись через день в город, каким образом он оказал влияние на жизнь накормленного им зверя, и какие природные процессы он при этом затронул. Туристов сотни и тысячи... Каждый из них накормил сотню, тысячу…раз диких лисиц, формируя у них приоритет этого типа пищедобывательного поведения. Зверь и впредь будет искать пищу у человека, становясь всё менее зависимым от природных процессов. То есть приоритет в размножении будут получать те лисы, которые легко идут навстречу человеку, в надежде получить подачку, — отмечает Анна Ячменникова,кандидат биологических наук, старший научный сотрудник ИПЭЭ РАН им. А.Н. Северцова (лаборатория поведения и поведенческой экологии млекопитающих).
Вместо того чтобы охотиться на грызунов и регулировать экосистему, звери переключаются на профессиональное попрошайничество и передают этот деструктивный навык своим детям. Подрастающие лисята больше не учатся выслеживать мышей, они учатся эффективно выпрашивать еду у человека.
У таких животных возникает самостоятельная пищевая специализация, и этих представителей вида с нежелательным, неестественным, неприродным поведением становится больше необходимого, что, в свою очередь, рано или поздно спровоцирует вспышки заболеваний, контролирующих численность лисиц, в том числе заболеваний, опасных для человека.
Сам процесс прикармливания хищников или привлечения их внимания в какой-то момент тоже становится опасным. В процессе выпрашивания еды зверь может стать особенно настойчивым и случайно укусить, начать метить, воровать и даже отбирать человеческие вещи.
Сам процесс прикармливания хищников или привлечения их внимания в какой-то момент тоже становится опасным. В процессе выпрашивания еды зверь может стать особенно настойчивым и случайно укусить, начать метить, воровать и даже отбирать человеческие вещи.
Для самой «прирученной» лисы доверие к людям всегда заканчивается трагедией. Потеряв естественные границы, зверь неизбежно попадает в смертельные ловушки:
— Гибель под колесами. Ассоциируя технику с едой, лисы целенаправленно выходят к автомобильным трассам.
— Потеря бдительности. Лисица перестает отличать добродушного туриста с колбасой от браконьера с ружьем.
— Бытовой мусор. В поисках легкой добычи звери заглатывают упаковочный пластик, остатки лесок с крючками и мучительно умирают от непроходимости кишечника.
— Финальный отстрел. Рано или поздно такие животные окончательно переселяются на свалки и в жилые поселки, где начинают вызывать агрессию у людей и уничтожаются, как «нежелательные» элементы.
— Гибель под колесами. Ассоциируя технику с едой, лисы целенаправленно выходят к автомобильным трассам.
— Потеря бдительности. Лисица перестает отличать добродушного туриста с колбасой от браконьера с ружьем.
— Бытовой мусор. В поисках легкой добычи звери заглатывают упаковочный пластик, остатки лесок с крючками и мучительно умирают от непроходимости кишечника.
— Финальный отстрел. Рано или поздно такие животные окончательно переселяются на свалки и в жилые поселки, где начинают вызывать агрессию у людей и уничтожаются, как «нежелательные» элементы.
Дикое животное должно оставаться свободным и подчиняться исключительно законам природы. Настоящая забота человека заключается в ответственности перед ней.
Самая лучшая помощь, которую мы можем оказать курильским лисицам — это позволить им оставаться дикими. Наблюдайте за ними в природе и на заповедных тропах, восхищайтесь их умом, грацией и потрясающими угольно-черными лапами, делайте уникальные кадры на память, но сохраняйте дистанцию и не кормите. Пусть молодые пушистые исследователи растут самостоятельными, сильными и свободными обитателями наших уникальных островов!
Самая лучшая помощь, которую мы можем оказать курильским лисицам — это позволить им оставаться дикими. Наблюдайте за ними в природе и на заповедных тропах, восхищайтесь их умом, грацией и потрясающими угольно-черными лапами, делайте уникальные кадры на память, но сохраняйте дистанцию и не кормите. Пусть молодые пушистые исследователи растут самостоятельными, сильными и свободными обитателями наших уникальных островов!
